Хочется закрыть глаза, и там, в глубине, за закрытыми глазами, еще раз закрыть глаза. И вот тогда наступит свобода.
Страна тюльпанов и ветряных мельниц. Страна молока и сливочного масла. Страна апельсиновых полотен и легализованных наркотиков. Страна солнца.
…Ты приходишь домой поздно, открываешь стеклянную дверь своим ключом, устало сбрасываешь пальто. Оно некрасивым мешком приваливается к створке шкафа. Ты раскрываешь мокрый зонт, ставишь его сушиться, и он перегораживает весь коридор. Ты закрываешь дверь на задвижку, вынимаешь уставшие за день ноги из промокших насквозь туфель и идешь на кухню, оставляя на кафеле мокрые следы. Ты делаешь себе кофе, устало отбрасываешь прядь волос со лба, садишься с чашкой за стол, включаешь телевизор…
…А я иду по мокрым тротуарам без зонта, потому что забыла его в метро. Я иду словно бы по зеркалу, огни ночной Москвы теряются в бесконечности параллельного мира, открывшегося внезапно под моими ногами.
Я не хочу возвращаться домой. Там меня ждут люди. Люди, которые не видят параллельного мира, не понимают романтики дождя, не верят в меня и не принимают тебя. Я думаю, что же ты делаешь сейчас, пока я мокну под струями московских слез?.. Смотришь телевизор, слушая веселое голландское щебетание, из которого я ни слова не понимаю, работаешь? Целуешь мужские губы? Собираешься?..
Ты приедешь завтра.
Ты не позвонишь.
…Ты приходишь домой поздно, открываешь стеклянную дверь своим ключом, устало сбрасываешь пальто. Оно некрасивым мешком приваливается к створке шкафа. Ты раскрываешь мокрый зонт, ставишь его сушиться, и он перегораживает весь коридор. Ты закрываешь дверь на задвижку, вынимаешь уставшие за день ноги из промокших насквозь туфель и идешь на кухню, оставляя на кафеле мокрые следы. Ты делаешь себе кофе, устало отбрасываешь прядь волос со лба, садишься с чашкой за стол, включаешь телевизор…
…А я иду по мокрым тротуарам без зонта, потому что забыла его в метро. Я иду словно бы по зеркалу, огни ночной Москвы теряются в бесконечности параллельного мира, открывшегося внезапно под моими ногами.
Я не хочу возвращаться домой. Там меня ждут люди. Люди, которые не видят параллельного мира, не понимают романтики дождя, не верят в меня и не принимают тебя. Я думаю, что же ты делаешь сейчас, пока я мокну под струями московских слез?.. Смотришь телевизор, слушая веселое голландское щебетание, из которого я ни слова не понимаю, работаешь? Целуешь мужские губы? Собираешься?..
Ты приедешь завтра.
Ты не позвонишь.